Бюрократия в лесу

– Анатолий Федорович, как Вы думаете, к чему может привести новый указ? Нашим людям дай возможность собирать валежник, так они и деревья начнут рубить… – Если честно, пока даже не знаю. Закон еще в силу не вступил, а нам в лесничество уже звонки поступают. «Ну, раз разрешили, тогда я пошел в лес» – приблизительно так говорят. А что я могу им ответить? Закон сырой, непонятный. Нужно же выработать какую-то систему, схему. Должны быть определенные алгоритмы, а не так, что я пошел. Конечно же, и сегодня процедура неправильная. – А какая процедура действует сейчас? – Ну, скажем так, если человек хочет набрать для растопки печи сухие ветки, сучья и стволы, он должен заключить договор купли-продажи древесины, либо с уполномоченными органами государственной власти в области лесных отношений, либо с арендаторами лесных участков. Только процедура эта довольно сложная. На нее подчас уходит до трех месяцев. – Также долго оформляется и вырубка аварийного дерева, насколько я знаю? – Да уж. Судите сами. К нам обращаются с письменным заявлением. Мы вызываем лесопатолога. Он должен сделать заключение и направить в комитет лесного хозяйства. Специалисты принимают решение рубить или нет, а затем отправляют документы в департамент лесного хозяйства центрального федерального округа. Там должны провозгласить свой вердикт. После этого выставляем информацию заключения на сайт. В течение месяца она должна провисеть. В результате проходит от трех месяцев до полугода. – Вот поэтому аварийные деревья и падают, не дождавшись такого разрешения. Недавний ураган показал, насколько много подобных зеленых насаждений в Чехове. Неужели вам никто не звонил? – Звонили. Нам сообщают в основном из СНТ о сухостоях и требуют спилить те или иные деревья. Кому-то кажется, что оно вот-вот упадет, приезжаем, а оно еще может простоять года два или три. Мы сначала разрешили дачи строить в лесах, а теперь хотим рядом весь лес уничтожить. Мне кажется, в таком случае проще дачи перенести в поля. Мы же можем весь лес уничтожить. – Законов вроде много принимают, но они, на мой взгляд, какие-то недоработанные… Вот сейчас очень актуально напомнить людям об уголовной ответственности за пал травы. – Предусмотрены штрафы и, кроме того, в случаях уничтожения или повреждения чужого имущества, причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть человека, предусмотрена уголовная ответственность. Но надо ведь еще доказать, что это сделал конкретный человек. А что такое поджечь сухую траву, бросил спичку и пошел. Ищи его. А выезжали на очаговые возгорания уже несколько раз, тушили вовремя, до леса не доходило. В основном, это было в районе поселка «Русское поле» и городского кладбища. Нам на руку, что пошли дожди, они немного утихомирили пожароопасную обстановку. И хорошо еще, что в последнее время ночами небольшие морозы. Хотя, бурьяна вокруг леса на опушках много. – И с ним можно как-то бороться? – Осенью надо окашивать. Пустырей в Чехове много, все земель накупили и никто ничего не делает. А так ведь и до беды недалеко. Когда горит лес – это страшно. В связи с этим ужесточили меры к СНТ, которые располагаются рядом с лесом, и за несоблюдение противопожарных норм мы их жестко наказываем. В прошлом году провели целый ряд рейдов, выписали предписания многим. – Думаю, система лесного хозяйства в Советское время была правильно построена. Вам не кажется? – Да, тогда все было четко разграничено. Есть лесничие, а есть лесхозы. Сам когда-то работал в этих структурах, вроде делали разное, но в итоге общее дело. Сегодня же сплошная бюрократия в лесу. Инга Семенова