Несжатая полоса

8 Авг 2014 156
Стремиловское поселение в ожидании смены власти. Гудков уходит. О том, что после 14 сентября в «сельсовете» будет новый начальник, в Стремилове знают все. Слухом земля полнится. Глава поселения и сам не скрывает. «Я устал, я ухожу», – знакомый, сотни раз спародированный голос из прошлого вдруг начинает звучать откуда-то издалека и навевает сны о спокойной и обеспеченной осени жизни. Вспоминается седой человек, очевидно, хороший отец и дедушка, позаботившийся о родных и близких. Обыденная фраза политика, сказанная под новый год, стала его визиткой, пережила самого его. Осталась как напоминание о тех годах, когда рассыпалось кругом сельское хозяйство – в пух и прах. Растворилось это «я устал» в российских просторах. Затерялось в тех же просторах Стремиловское сельское поселение – не огромная страна, но маленькое «царство-государство» – отдельное муниципальное образование, где давно привыкли к росту высоких заборов и перебоям электричества. Оно самое большое по площади в Чеховском районе. Но здесь ещё есть те, кто по старинке говорит «сельсовет» и чаяния на лучшую жизнь возлагает на самую близкую власть. В течение не одной пятилетки здешние старожилы могли склонять и так, и эдак короткую фамилию: «К Гудкову ходил», «Гудков подписал», «Гудкова бы пригласить…» После старославянского нового года, в пору уборки урожая, после выборов 14 сентября склонять начнут какую-то другую фамилию. Какую, пока – вопрос. Терентьева, Трошина, Головина, Громады? Над августовскими томными пейзажами Стремиловского висит летнее марево и прозрачное облако пустоты. Местный электорат уже всё знает – «прежний» уходит. Всё – да не всё. Что там, в будущем – совсем ещё неясно. И кто – неясно. Поговаривают об одном… Впрочем, также как и о другом, и о третьем, и об энном. Дорога на въезде в Стремилово со стороны Першина, у кладбища, изрыта ямами. Пятнадцатисантиметровая линейка утопает в них и кажется поплавком. А в Бегичеве дорожное полотно и само уплыло. Как видно, давно. Сползла в обочину, покосилась дорога. Руины кирпичного строения в самом центре поселения не сдаются – не хотят умирать совсем. Некогда обитаемый дом доживает свой век не лучше некоторых местных жителей. Что это – памятник двадцатому веку? Перестройке? «Нулевым»? В стремиловские пятиэтажки ведут лестницы-чудесницы. Высота ступенек, явно, на глазок сделана. И на глазок, который был то ли спросонья, то ли косоват с бодуна. То ли просто схалтурил мастер-ломастер – ползайте, бабки, в свои квартиры, высоко поднимая артрозные колени. Но сельских жителей не так просто трудностями удивить. Не лыком шиты. Не такое повидали. Это какой-нибудь рафинированный дачник-белоручка ужаснётся, заглянув в местный подъезд. Рачительный хозяин вздрогнет: что это с фасадом, цоколем, стенами внутри и снаружи? А местные привыкли. Совсем не пафосный двухколёсный «Stels» сросся с фоном лестничной площадки, как стог сена с полями в далёком Живерни на картине Клода Моне. Только краски разные. Там – пастельные и мягкие, а здесь – мрачные. Мерлеевский горизонт ломают сложные геометрические фигуры остовов то ли бывших производственных площадок, то ли коровников. Скорее всего, коровников. Ведь были ж когда-то в прошлой жизни совхозы, надои, переходящее красное знамя. Вон – облако прикинулось ленивой бурёнкой и плывёт по небу, пожёвывая кусок синевы. Где сейчас её стадо? Рога и копыта когда-то бурного крестьянского пахотного труда сгнили да былью поросли. Зато в Мерлееве загадочные и невидимые коровы-великаны, наверное, с другой планеты, оставили после себя гигантскую и вполне реальную – осязаемую – «лепёшку» навоза. Метров пять в диаметре. Может быть, это местный грязевой вулкан? А какие красивые названия сёл и деревень-то. Бегичево, Мерлеево… Певучие, исконные, ностальгические. Как гармонь растянули. Да надломили горбушку. Эх, сейчас и частушечки пойдут. Огурчик хрустнул… Урожай в этом сезоне по сёлам Чеховского района – политический. Пойдут ли только пахари – голосовать? Или кандидаты надеются… так, «по тихой грусти», незаметно во власть шмыгнуть? Помните некрасовское: «Поздняя осень. Грачи улетели. Лес обнажился, поля опустели. Только не сжата полоска одна… Грустную думу наводит она». Проездом по стремиловским окрестностям отмечаешь, что полоса тут несжатая не одна. Или одна, но широкая, длинная, на километры растянувшаяся. Николай Гудков сделал много. По справедливости, «по чесноку» многие скажут. Недоделал – тоже много. Свидетельство тому – письма в нашу редакцию от местных жителей. Основной стремиловский электорат греет старые косточки на лавочке у дома – с убогой лестничной площадкой, развалинами бывших достижений советского периода и неприбранной помойкой напротив окон. До выборов-то ещё далеко… По кривым ступенькам, обходя навозные мины, на узловатых негнущихся ногах 14 сентября эти коренные, местные, имеющие штамп регистрации в паспорте, должны будут пойти и отдать за кого-то голос. Кто придёт во власть, что принесёт с собой, что оставит по себе.. Хорошо, чтобы не только добротную декларацию о личных доходах и имуществе. Андрей БЕЛОЗЁРОВ, фото Николая АФОНАСЬЕВА

Последний выпуск газеты

Газетные статьи

В Московской области начнут устанавливать контейнеры для раздельного сбора мусора за 15 дней до Ново...

«Мне посоветовали родить другого ребенка!»

Я рыдала из­-за того, что боялась не увидеть, как Тема улыбнется. Меня успокаивали и говорили: «Жди,...

Почты нет, но вы держитесь!

Много лет жители микрорайона Губернский, а это примерно 15-­17 тыс. человек, лишены нормальных почто...

Примите участие в опросе

  1. Глава Минтруда заявил о «беспрецедентном» росте зарплат россиян в 2018 году. А ваша зарплата увеличилась?*
Защита от автоматических сообщений
Защита от автоматических сообщений