Дурное дело – хитрое

«Сегодня будем сжигать поле конопли», – поведали нам из пресс-службы Чеховского ОВД. Не так уж часто нас зовут на подобные мероприятия, впрочем, если быть точнее: впервые пригласили на встречу с настоящими оперативниками. Условились встретиться около заправки. Ехать предстояло прилично. Называть место, где растёт «трава радости», нельзя. Если рассекретить, то привлечём любителей «острых ощущений». Словом, сплошная маскировка. Встречаемся там-то, машина такая-то, но снимать тоже запрещено, выдавать оперов – преступление. КАК «ВОЛШЕБНУЮ» КОСЯТ ТРЫН-ТРАВУ Одно могу сказать: поле располагалось на территории Баранцевского поселения. Мне никогда не приходилось унич­тожать коноплю, более того, совсем не знаю, какая она. Словом, полный лох, да и про­светиться хотя бы с помощью гугля не дали времени, потому что оперативники уже ждали на месте. То, что они нас до­ждались, уже отрадно. Дальше поехали… какими-то полями, зигзагами, и, более того, нас предупредили, что ещё нужно идти пешком вдоль поля, где одни бугры да ямы. – Вот оно, царство нарко­манов! – демонстрируют опе­ративные работники огромное поле, гектара эдак на два, а то и на три. Заросли небывалые, выше человеческого роста. Пройти сложно, но возможно, потому что тропы среди кустов проложены. Не случайно здесь дежурили опера, и не одну ночь. Сотрудники «органов» пытались понять, кто же тут бывает, кто себе вырастил трав­ку вдали от шума городского, но никого не отловили. Скорее всего, у любителей курнуть и дунуть свои осведомители, и сведения передаются очень бы­стро, как цыганская почта. – Чтобы уничтожить по­садки, надо собрать комиссию, плюс должны быть представите­ли администрации и пожарные, – делятся с нами полицейские. Коноплю необходимо прокосить трактором, собрать и сжечь. Процедура вроде не­сложная: трактор есть, бен­зин тоже, но… порой даже трактор не может добраться до нужного места, приходит­ся косить вручную. ТАКАЯ «ДУРЬ» ЛЕЗЕТ В ГОЛОВУ – Эх, нанюхаемся, – стара­ется бравировать наш косарь. – Пыльца может в голову уда­рить. Потом будем друг друга откачивать… Но все участники опера­ции держались до победного конца стойко. Никто не хотел сознаваться, что, и правда, не­много замутило от сильного конопляного запаха. Первым себя почувствовал неважно по­лицейский, он так и признал­ся, мол, голова болит, плохо, нужно уходить. Я, как стойкий оловянный солдатик, молчала, хотя ощущала «дурь» в голове. Поначалу стало как-то мутно, а потом весь день болела голова, и как они – эти самые наркома­ны – её употребляют? Мне не­понятно. И при этом ещё испы­тывают какой-то кайф... У нас кайфа не было, была тяжесть в голове, и всё. А ведь ещё нужно было дождаться, когда соберут и подожгут всю эту махину травы, тут впору противогаз надевать, чтобы себя сберечь. Около полтонны конопли – дела нешуточные. Начальник уголовного розыска Андрей Писарев за­читывает сводки и озвучивает цифры. Два случая незаконно­го выращивания конопли за­фиксированы в прошлом году, и два в этом. «Плантаторы» понесли наказание. В данном же случае, обви­нить некого, конопля больше по­хожа на дикорастущую. Очень даже может быть, что семена запретной травы перенесли ко­ровы с навозом. Животные-то не знают, что она запретная – едят всё подряд… Тем более, что рядом располагается фер­ма. Кстати, кто не верит, пооб­щайтесь с любым человеком, который хоть когда-то зани­мался разведением скота. По­левая культура вместе с сеном и навозом поселяется в любом огороде очень даже легко. Так что, если у вас дача, а рядом жи­вотноводческое хозяйство, тща­тельнее следите за сорняками. И ДЫМ ОТЕЧЕСТВА… НЕ СЛАДОК Моё время с оперативни­ками истекло. Поле полыхнуло большим костром. Кстати, считается, что первыми дурманящие свой­ства канабиса распробовали скифы. А с медицинскими це­лями траву эту использовали ещё знаменитые врачеватели древности. Впрочем, уже тог­да – с предупреждениями и осторожностью. А вот Фёдор Михайлович Достоевский в романе «Идиот» курение про­изводных конопли уже ставил в один ряд с другими психо­тропными веществами: «Ведь не видения же какие-нибудь снились ему в этот момент, как от хашиша, опиума или вина, унижающие рассудок и иска­жающие душу, ненормальные и несуществующие?» Представляю, как трудно приходится оперативникам. Ночные дежурства и засады, сплошные тайны и секреты. Но такая уж служба… взялся – тяни. Наверное, после этой опе­рации я должна была испытать что-то вроде победного чув­ства, но почему-то напротив – только горечь. Сколько ещё таких полей искусственной ра­дости от ненормального и не­существующего, к которым не зарастает «народная тропа»? Инга СЕМЁНОВА, фото автора